Эсэры в Украине: бомбы против империи

0

37_kopia

Украина являлась одним из тех регионов, где противостояние автократии Романовых всегда носило весьма радикальный характер. В начале прошлого века в ответ на преследования со стороны правительства часть революционных партий обратилась к индивидуальному террору. Наибольшую известность своими громкими акциями приобрела партия эсеров…

«Готово, ваше превосходительство!»

Партия социалистов-революционеров (эсеров) начала формироваться в конце 19 – начале 20 столетия на основе модернизированной идеологии народничества. Украина была одним из крупнейших центров старого народнического движения и «хождения в народ». Здесь же активно действовали и организации «Земли и Воли» и «Народной Воли», в том числе – и их боевые группы. Разгромленные царской полицией, неонародническое движение возрождается к концу 19 века. Именно украинские организации молодых народовольцев и социалистов-революционеров во многом стояли у истоков партии эсеров, приняв участие в первых попытках ее образования – на съездах в Воронеже и в Полтаве в 1897 году и на съезде в Киеве в 1898.

С 1902 наиболее сильными организациями в партии эсеров были екатеринославская, киевская и одесская организация, которые выполняли фактически роль ЦК.

В период революции 1905-1907 годов украинские губернии становятся ареной ожесточенного столкновения российского самодержавного государства и противостоящих ему сил – от украинских националистов до революционных социалистов и анархо-коммунистов. При этом значительная часть социалистов также объявляет себя украинскими патриотами. В 1903 году возникает Украинская партия социалистов-революционеров. В последующем из общероссийской партии эсеров также выделится партия украинских левых эсеров-борьбистов. Но в 1905 году до этого было еще далеко, и пока речь шла о «территориальной автономии» – в партии эсеров начал действовать Украинский областной комитет. Между прочим, по мнению российских эсеров, к сфере его деятельности, а значит – к Украине, относились и Донецкий бассейн, и Курская губерния.

Центром боевого движения эсеров в Украине также стал Екатеринослав, ныне – Днепропетровск, один из крупнейших промышленных центров. В конце 1905 года на линии Екатерининской железной произошло открытое восстание, которое охватило станции Горловка, Гришино, Авдеевку, Синельниково, Александровск. Однако царские войска и полиция подавили восстание. В самом Екатеринославе поддержать восстание в Донецком бассейне не смогли. Но здесь тоже постоянно происходили столкновения с полицией и шло формирование рабочих дружин. Тогда же была создана боевая дружина при Екатеринославском комитете партии эсеров. В состав дружины вошли, в основном, рабочие-боевики из Екатеринослава и Гомеля. Последнее обстоятельство не являлось случайным – юго-восток Беларуси, с населением, традиционно занимавшимся отходническими промыслами, поставлял немало рабочей силы в города бурно развивавшегося юга Украины. Соответственно, между этими регионами происходил и своеобразный обмен «революционными кадрами» – боевики из Екатеринослава приезжали в Гомель, и наоборот. В дружине процветала «военная демократия», сродни запорожской – руководители выбирались, а все крупные операции планировались на общей сходке. В дружину принимали только по результатам тайного голосования ее участников.

С недавним восстанием на Екатерининской железной дороге была связана и первая акция боевой группы. По мнению эсеров, генерал-губернатор Екатеринослава генерал Сандецкий усмирял повстанцев с чрезвычайной жестокостью. По его приказу артиллерийским огнем было разрушено несколько украинских сел – Соленое, Михайловка и другие. Но Сандецкий боялся покушений и крайне редко выезжал из своего дворца, а затем был переведен в Казань командующим военным округом. Назначенный на его место генерал Желтоновский тоже отличился при усмирении крестьян в Херсонской губернии, и его также было решено покарать. К этому времени к группе примкнули прибывшие из Гомеля и Ветки боевики местной «независимой рабочей дружины» Иван Малеев («Сергей Малый»), Александр Малеев и Моисей Майзлин («Мошка»). В свою очередь, екатеринославцы Алексей Куракин и Лаврентий Шеляхин с июня и по октябрь 1905 года участвовали в эсеровской «боевке» Гомеля.

23 апреля 1906 года эсеры узнали, что генерал Желтоновский собирается уехать в Крым. В степи за городом собралось совещание группы. Участвовать в акции вызывались все. В качестве оружия хотели использовать традиционное средство эсеровского террора – начиненные динамитом бомбы. Но «Сергей Малый» доложил – до отъезда генерала осталась два-три часа, за это время «химики» подпольной лаборатории просто не успеют изготовить разрывные снаряды. Тогда решили действовать по-другому…

Почти бегом Иван Малеев бросился в город. Бомбы действительно оказались не готовы. Из лаборатории он пошел на Екатерининский проспект, и возле здания железнодорожной больницы, у поворота к вокзалу, стал ждать генерала. Участник событий Николай Комаров подбежал к «Сергею Малому»…

«- Что, не проезжал еще?
– Нет.
– Вот, возьми патронов в запас, на всякий случай.
Патроны были очень кстати, так как револьвер был заряжен одной обоймой без одного лишнего в запасе… Но Комаров прибежал как нельзя вовремя. Не успел он передать Сергею часть патронов, как послышался конский топот: это приближался открытый фаэтон, а следом за ним двое вооруженных верховых.
– Он? – шепотом спросил Сергей.
– Он, – ответил Комаров, который знал Желтоновского в лицо, как следовавший за ним при проезде генерала из Елизаветграда в Екатеринослав. Фаэтон в это время поравнялся с боевиками – и уже проезжал вперед…
– Пропало! – с горечью бросил Комаров.
– Аль уважим! – громко крикнул Сергей и прыгнул через проволоку, отгораживающую аллею от улицы, по которой рысью катился экипаж.
– Не уважим, – крикнул в ответ Комаров и тоже ринулся за экипажем.
Раздались десять выстрелов – и десять пуль пронзили ген. Желтоновского». Так описывал эти события много лет спустя сам Николай Комаров.
Казаки, конвоировавшие генерал-губернатора, сразу же ускакали с места покушения. Боевик Алексей Куракин с револьвером в руке тоже выскочил на дорогу. С криком «Готово, ваше превосходительство!» он выстрелил в воздух. Желтоновский был уже мертв.

Люди с трамвайной остановки бросились врассыпную. Боевики, перелезая через заборы, проскочили через двор железнодорожной больницы, выбрались на Чечелевскую улицу и скрылись. Лошади привезли тело мертвого генерал-губернатора к зданию вокзала…

Арестантские роты

Впрочем, акты индивидуального террора революционеров не могли остановить массового террора с противоположной, правительственной стороны. 1 мая 1906 года заключенные Екатеринославских арестантских рот вывесили красные флаги. За это свыше 30 арестантов были жестоко избиты, некоторые исколоты штыками и порублены саблями. После этого Екатеринославский эсеровский комитет приговорил начальника арестантских рот Кривенко-Яновского к смерти. Большевики всегда резко критиковали эсеров, в особенности – за террористическую тактику. Но в данном случае даже местная социал-демократическая организация решила ликвидировать начальника арестантских рот. Покушения готовились параллельно, но тут эсеры опередили своих извечных конкурентов…

Кривенко-Яновский, чувствуя опасность, из дома почти не выходил. Квартира его находилась в расположении арестантских рот. Лишь иногда он показывался в своем садике. У дружины были на вооружении только пистолеты, но среди них – достаточно дальнобойные «маузер» и «кольт». Но все же издалека, через ограду, решили не стрелять – в случае неудачи опасались просто спугнуть начальника рот. Тогда боевики, «дежурившие» у дома Кривенко-Яновского, стали брать с собой бомбы. И один раз удобный для них случай представился – начальник вышел в сад. Но он был не один, а с женой. Дружинники не захотели посторонних жертв и отказались от бомбометания…

Вечером 9 мая слежку за квартирой вел «Сергей Малый» вместе с одной девушкой из местной эсеровской организации. Вдвоем они прогуливались по площади у цирка, расположенного рядом с арестантскими ротами. Остальные дружинники сидели на лавочках в городском саду. Около семи часов Кривенко-Яновский решился выйти из своего дома и стал пересекать площадь. Наблюдатели дали знать об этом боевикам, и те быстро вышли из сквера. Начальник арестантских рот, приметный – в белом кителе, с длинной бородой, успел дойти только до угла улицы Садовой, как загремели выстрелы из револьверов. Кругом было немало полиции, но городовые предпочли лишний раз не рисковать и бездействовали. Разве что начали громко свистеть. К месту покушения побежала толпа зевак, подошли и Иван Малеев со своей «барышней». Тело убитого занесли в находившуюся рядом светолечебницу. С журналистским удостоверением екатеринославской газеты «Приднепровский край» сюда прошел и Дмитрий Филиппов, представитель Екатеринославского комитета эсеровской партии при боевой дружине. На трупе покойного билась в рыданиях жена: «Я тебя просила и предупреждала, а ты не послушал! Ты мне говорил, что всю ответственность за все берут на себя прокурор и губернатор!».

Юрий Глушаков, для «Страйка»




Loading...



Залишити коментар