Лучше, чем героин

0

В начале этого года на экраны вышло продолжение культового контркультурного фильма-манифеста Trainspotting (“На игле”): Т2. В нашей стране премьера фильма не обошлась без скандала: кинопрокатная компания B&H Film Distribution за несколько дней до этого для многих долгожданного события убрала его из графика премьер, отделавшись от удивленной публики заявлением, что позднее картина, возможно, все-таки будет показана, если в мировом прокате она окажется успешной.

Если представители кинопрокатной компании беспокоились о морали потенциальных зрителей, то довольно напрасно: на фоне хита двадцатилетней давности похождения четверки постаревших эдинбургских наркоманов выглядят совершенно вегетарианскими. Перед началом картины в мировом прокате зрителя даже заботливо предупреждают о том, что в ней курят, и курение небезопасно для его здоровья, хотя надо сказать, что в фильме произойдет событие намного ужаснее. Главные герои не только курят, но и нюхают кокаин, а также с видимым удовольствием делают себе внутривенную инъекцию наркотического вещества. Правда, всего одну и из ностальгических соображений.

Рассуждать о каких-либо художественных достоинствах Т2 – занятие довольно бессмысленное, поскольку без первой части он не представляет собой никакой самостоятельной ценности (если вы собирались посмотреть сиквел, не увидев оригинального фильма, откажитесь от этой идеи), так что в дальнейшем я буду писать только об основной идее этого фильма. Хотя фильм уже доступен на торрентах и те, кто действительно хотел его посмотреть, скорее всего, это сделали, предупреждаем, что дальнейший текст содержит не затрагивающие основной сюжет спойлеры.

«Choose life. Choose a job. Choose a career. Choose a family», – продолжить этот ставший классическим монолог Рэнтона сегодня сможет даже человек, никогда в жизни не смотревший «На игле». Надо сказать, что уже в девяностых годах, когда состоялась премьера «Трэйнспоттинга», его главные герои в своем безудержно романтическом отрицании общества потребления, которому они противопоставляли мир мелких краж и тяжелых наркотиков, выглядели довольно старомодными. «Мир меняется, даже наркотики меняются. Твой Зигги Поп давно уже умер», – выговаривала Рэнтону его подружка-школьница, подцепленная в ночном клубе. Что же произошло двадцать лет спустя с людьми, которые выбрали не выбирать?

Способ, которым Рэнтон распорядился украденной им у друзей сумкой с деньгами, стоит признать чуть ли не самым глупым из возможных: он поступил на бухгалтерские курсы, отказался от наркомании и получил профессию. И вот, на момент начала фильма ему 46 лет, он разводится с женой, с работы его сокращают, а найти новую в таком возрасте ему не под силам, и дальнейший остаток жизни не блещет наличием каких-либо перспектив. Рэнтон выбрал жизнь, и его жизнь предсказуемо оказалась совершеннейшим дерьмом.

Не выглядят примером для подражания и его друг Кайфолом, выросший в мелкого шантажиста, и злобный уголовник Бэгби, не вылезающий из шотландских тюрем. Если рассудить здраво, то выйдет, что Кочерыжка поступил с высланными ему по почте 4000 фунтов, более здраво, чем Рэнтон с остатком суммы: он потратил все их на наркотические инвазии, и теперь оба они посреди ничего, но Кочерыжке, по крайней мере, есть, что вспомнить, и для дальнейшего развития сюжета это окажется важным фактором.

Пожалуй, главная неожиданность, с которой столкнулись поклонники книги «На игле» и фильма Дэнни Бойла – это то, кто именно из персонажей оказался альтер эго Ирвина Уэлша. Именно Кочерыжка, самый опустившийся и незадачливый из всех друзей-героинщиков, станет талантливым писателем и автором будущего романа «На игле», а не его друг Рентон, превратившийся в безработного бухгалтера.

О чем это должно нам говорить? Миру стиральных машины, автомобилей, страховок и ипотечных кредитов действительно существуют альтернативы. О том, что происходит, когда подобной альтернативой становится героин, вполне наглядно свидетельствовал сюжет первого фильма. Гораздо менее драматичным способом побега от социальной реальности становится искусство, и чем более маргинальным был пережитый героем опыт, тем ценнее он окажется для его создания. Каждый может стать художником, даже такой человек как Кочерыжка, у которого по всем законам логики давно должны были отказать последние остатки мозгов.

Другой способ не выбирать – это революция, социальный активизм и попытка не бежать от устоявшегося положения вещей, а изменить его, но об этом рассказывают не «На игле», а другие культовые контркультурные книги и фильмы, такие, например, как «Бойцовский Клуб», к которому Паланик тоже не так давно написал продолжение о постаревших героях в виде графического романа.

Андрей Дорогин, для «Страйка»





Loading...



Залишити коментар