Троцкистское золото и армянская мафия. О сериале «Вавилон-Берлин».

0

Существует такой забавный жанр современного кинематографа, как сериал по историческим мотивам. Именно из него черпает познания по истории значительная часть публики, не имеющей навыков самостоятельного изучения истории.

Современные исторические сериалы волей-неволей отталкиваются от реальных исторических событий, но показывают их в весьма своеобразном свете. История вульгаризируется, и низводится до степени понимания обывателя. Обывателями, впрочем, являются не только потребители подобной кинопродукции, но и ее творцы. Современный упадочный капитализм, разрушающий все человеческие связи и подменяющий их голым чистоганом, делает «мастеров культуры» неспособными проникнуть в мир чувств и мыслей героев прошлого, боровшихся не за бабло и не за баб, а за высокие общезначимые цели. Этих героев прошлого «мастера культуры», знающие в своей жизни только бабло и баб, трактуют по своему образу и подобию. В итоге обыватель, посмотрев сериал,  получает иллюзию исторического знания – все исторические деятели были такими же, как  он сам.  .

Иногда, впрочем, исторический материал показывает непокорность тенденциозности художника, и результат получается хотя и далекий от исторической правды, но не совсем такой, какой художнику хотелось бы…

Если читатель нашей статьи подумает, что дальше пойдет рассуждение о нашумевшем русском сериале «Троцкий», он ошибается. «Троцкого» мы оставим до другого раза, а сейчас поговорим о столь же нашумевшем немецком сериале «Вавилон-Берлин». В нем, впрочем, тоже неожиданным образом присутствуют троцкисты…

Вышло уже 2 сезона «Вавилон-Берлин» – по 8 серий в каждом. На съемки была потрачена кругленькая сумма-  40 миллионов евро. Производители сериала обещают довести действие, которого пока что ограничено 1929 годом, до 1933 года – до прихода Гитлера к власти.

Действие сериала начинается с того, что троцкистские партизаны в СССР в 1929 году останавливают вагон с золотом, убивают машиниста и его помощника и перегоняют вагон в Германию. Золото должно дойти до самого находящегося в Константинополе Троцкого и помочь ему раздуть пламя революции – не совсем понятно, в СССР, в Германии или Турции. Узнав об удачном угоне вагона с золотом, 15 живущих в Берлине русских троцкистов поют «Интернационал» и произносят высокопарные фразы. По мнению режиссеров, коммунисты не могут говорить нормальным языком, обращаются друг к другу исключительно «товарищ Сидоров», а не Вася или Гриша, и через слово совершенно не к месту поминают мировую революцию. Если это и верно для ролевиков из современных троцкистских сект, то троцкисты былых времен были люди как люди и даже шутить умели  кто не верит, может почитать романы Виктора Сержа.

Но замысел троцкистов провалился. Все 15 троцкистов были расстреляны ОГПУ (в Берлине, Карл, в Берлине, а не в Москве!), а за золото развернулась ожесточенная борьба разных сил, которая и составляет основную сюжетную интригу фильма. За золотом гоняются троцкисты и сталинское ОГПУ, немецкий черный рейхсвер и армянская мафия (которая, если верить фильму, была в те далекие годы страшнее сицилийской), немецкая полиция и русская белая эмиграция.

Зритель, хоть немного знающий реальную историю, легко вспомнит, что никаких троцкистских партизан в СССР в 1929 году не существовало, троцкистская эмиграция из СССР насчитывала буквально единицы людей, ОГПУ не могло хозяйничать в Берлине с такой легкостью, с какой оно хозяйничало в Москве, а армянская мафия в Берлине – это вообще мем.  И что сюжет, основанный на столь фантастическом вымысле, может дать лишь сильно искаженное изображение Берлина 1929 года.

Подобное впечатление подтвердится всем ходом фильма.

Действие фильма, напоминаем, происходит весной 1929 года в Берлине. Историческим событием, к которому привязан во времени сюжет, является расстрел организованной Компартией Германии первомайской демонстрации. Расстреливали рабочих-коммунистов полицейские-социал-демократы (контроль над прусской полицией был  в то время у СДПГ). Эта бойня, учиненная тогда, когда не успели зажить старые раны, вызванные кровавым подавлением немецкими социал-демократами радикальных рабочих выступлений в 1919 году, никак не могла способствовать любви коммунистов к социал-демократии. И когда осуждают отстаиваемую Компартией Германии с этого момента теорию «социал-фашизма», согласно которой социал-демократические полицейские не лучше нацистских штурмовиков, нужно помнить расстрел первомайской демонстрации в Берлине в 1929 году. Иначе историческая картина получится уж очень искаженной.

Собственно, расстрел первомайской демонстрации – самая сильная и самая исторически достоверная часть сериала. Дальше все будет намного хуже.

Весна 1929 года – это последние месяцы экономического подъема 1924-1929 годов. В экономике все идет так хорошо, как вообще может идти при капитализме. Промышленность находится на подъеме, безработица минимальна, страна оживает от потрясений войны, революции и голода 1923 года.

Через полгода всему этому «экономическому чуду» придет конец. Грянет Великая Депрессия. Работу потеряет половина трудоспособных немцев. Экономическая катастрофа откроет цепь событий, которые приведут к власти Гитлера. Все изменится радикально.

Но пока что на горизонте лишь небольшие тучки. И об угрозе большого экономического кризиса говорят лишь марксистские экономисты, которых в порядочном обществе не воспринимают всерьез.

Авторы фильма претендуют не столько на показ имевших в реальности событий, сколько на воссоздание общего духа эпохи, духа веймарского Берлина, уничтоженного Гитлером. Но дух эпохи они передают уж очень односторонне. Они умеют показать бытовой антураж, но бытовым антуражем их проникновение в Берлин 1929 года и ограничивается.

В фильме показан Берлин полицейских и мафии, Берлин наркоманов (к которым принадлежит по фильму и главный положительный герой, комиссар полиции Гереон Рат) и проституток (проституцией подрабатывает подруга Рата Шарлотта, одновременно работающая секретаршей в полиции и мечтающая о карьере следователя), Берлин ночных клубов и игорных домов, Берлин гомосексуалистов и трансвеститов.

Это часть правды, но не вся правда. Где Берлин огромных заводов и научных институтов, где Берлин рабочего класса?

Рабочие  Берлина в фильме  – это родственники Шарлотты, не желающие работать и устроившие безобразный скандал из-за дележа скудного имущества только что умершей матери. Таков вот рабочий класс Германии 1929 года в восприятии современных буржуа. Но это – миф, как и любой миф, содержащий в себе какую-то часть правды, но не всю правду.

Рабочий класс Германии догитлеровской эпохи, в большинстве своем поддерживавший социал-демократов, а в значительном меньшинстве – коммунистов, отличался высокой трудовой культурой, солидарностью и сплоченностью. У него были свои сильные и слабые стороны, которые нередко переходили друг в друга. Высокая организованность и дисциплина оборачивались слепой покорностью партийным вождям и утратой боевой инициативы, что и привело к катастрофе в 1933 году, когда обе главные рабочие партии – социал-демократы и коммунисты – без боя капитулировали перед Гитлером, а привыкшие слушаться партийных вождей рядовые члены партий не смогли ничего предпринять сами.

Догитлеровский немецкий рабочий класс достоин критического воспроизведения в искусстве, но авторов сериала пролетарии интересуют куда меньше, чем трансвеститы.

При этом нужно подчеркнуть, что действие уже снятых серий происходит не в период Великой Депрессии, которая привела к чудовищной люмпенизации трудящихся и выбросила миллионы людей на социальное дно, а до этой депрессии, когда работа есть почти у всех, и люмпенизация минимальна.

Сериал снят по одноименному роману современного немецкого писателя Фолькера Кучера. При этом краски в сериале порядочно сгущены. В романе Гереон Рат не является наркоманом и не мучается кошмарами из-за того, что предал родного брата в бою. Шарлотта Ритттер в фильме – девушка из бедной семьи, хватающаяся за любые заработки – от проституции до работы в полиции. В романе она – обыкновенная студентка юрфака, проходящая практику в полиции. И т.д. и т.п. Ужасов и несуразиц хватало и в романе, но в фильме все постарались сделать еще ужаснее и несуразнее.

Авторы фильма, само собой, сторонники политкорректности и золотой середины. Они – за веймарскую демократию против экстремистов справа и слева. Только вот демократия, расстреливающая рабочих и допускающая разгул мафии, причем призванная бороться с мафией полиция сама похожа на мафию, вызывает большие сомнения в своей демократичности. И представляющие золотую середину Гереон Рат и Шарлотта Риттер выглядят малопривлекательно и бесцветно, как постоянно идущие на сделки с совестью карьеристы. А вот правые и левые экстремисты получились в ряде случаев живыми и убедительными. Обаятельный злодей, коллега Рата Бруно Вольтер, полицейский, связанный с черным рейхсвером, гораздо идеалистичнее, при всем своем облике любящего пожить толстяка, чем наркоман Рат. Он, Бруно Вольтер, верно служит своей, реакционной, Германии, которая гораздо честнее и последовательнее, чем веймарское «ни рыба ни мясо», на службе которому хотят сделать карьеру наркоман-неврастеник Рат и шлюшка Риттер.

И совершенно великолепна редко появляющаяся в фильме фанатичная коммунистка – врач бедноты. Она тоже служит своей Германии – той Германии, которая так и не возникнет – Германии Советов.

Веймарская Германия с ее свободой для олигархов и нищетой для тружеников, с ее органическим лицемерием, когда источником власти провозглашался народ, а демонстрации этого народа расстреливались полицией, с ее оргиями обреченного разгула была обречена – и у зрителя не один раз, при просмотре самых колоритных сцен, возникает мысль: «Да когда же это все кончится!».

Веймарскую Германию должна была сменить либо Германия реакционной диктатуры, либо Германия власти трудящихся – и никакие Гереон Рат и Шарлотта Риттер не могли сохранить жизнь в обреченном организме. Едва ли авторы сознательно хотели сказать это. Но вывод из фильма получается именно такой.  И этот вывод – самое ценное, что, независимо от желания авторов, есть в фильме.

Алексей Куприянов, для «Страйка»




Loading...



Залишити коментар