Царь двух колес

0

msk

Вацлав Радзивинович рассказывает в польской Gazeta Wyborcza о достижениях и просчетах московских властей в деле обустройства столицы РФ.

Европа завидует России из-за Москвы. Это Лучший Город Мира

На Сергея Каледина, потомственного москвича, на склоне лет нахлынула ностальгия. Пора расстаться с дачей под Звенигородом. В городе негде побегать, а зимой на лыжах походить. Тогда я сказал ему, что нечего хныкать, потому что Москва, становясь всё более похожей на европейский город, радует взгляд. В двух шагах от него есть парк Сокольники, и до Царицына, с пиететом поднятого из руин, в которые превратили резиденцию Екатерины Великой большевики, тоже недалеко.

Он не верил, что запущенные парки могли так измениться за одно лето. Но поехал. «Там танцуют! Приходят пенсионеры, для них есть инструкторы по танцам, и часами танцуют, – восхищался он Сокольниками. – Всё бесплатно. Есть прекрасный wi-fi. Зимой будет трасса для прогулок на лыжах».

Конец эры шоферов

В Москве у меня нет автомобиля. И я никогда не хотел его иметь, потому что – зачем? Чтобы стоять в бесконечных пробках, ругаться с другими водителями, которые от злости иногда за пистолеты хватаются? Здесь гениально точное метро и я его очень люблю.

С советских времен тот, кто за «баранкой», то есть за рулем, чувствовал себя барином, от которого убегают пешеходы, потому что таков их собачий долг, они покорно позволяют себя обрызгивать грязью. Вероятно это пошло от шоферов, которые ощущали свою важность, перевозя разных партийных работников.

Еще до недавнего времени на улицах господствовало неописуемое хамство и следовало быть очень внимательным, чтобы уйти живым с проезжей части. Сегодня же поляк за рулем просто хам по сравнению с русским. Когда я приезжаю в Польшу, то становлюсь кандидатом в самоубийцы.

В Москве – не знаю почему – вдруг что-то изменилось. Не видно, чтобы полиция следила за пешеходными переходами, наказывала, поучала. Машины вежливо останавливаются перед зебрами. Почти все. Потому что когда зажигается зеленый свет для пешеходов, наверняка какой-то водитель, а может два, попробует ещё проскочить на полной скорости. Что ж, русские любят риск, а дорожная русская рулетка их особенно возбуждает.

1

Я шагаю по Москве

Не люблю Арбат. А именно его легенды. Но каждый мой гость слышал об улице, исполненной очарования, восхваляемой и воспетой. Вот и тащусь с ними в сотый раз от Арбатской до Смоленской. 1200 м по улице для прогулок, где толпятся уличные художники, продавцы щенят и разного барахла. Красиво, ведь это старая Москва, но атмосферы никакой. Просто улица, по которой не ездят, а не отданная во власть пешеходам околица.

О, если бы также освободить от движения весь центр, хотя бы в границах Садового Кольца, было бы прекрасно.

Хоть помечтать… Но уже не надо. Пешеходы постепенно становятся хозяевами старой Москвы, где улочка за улочкой превращаются в бульвары для прогулок.

Закрыты или частично закрыты для автомобильного движения Большая Дмитровка и пересекающие её улицы. Вскоре также будет на параллельной с ней Петровке. Москва станет настоящим европейским старым городом, причем очень красивым.

Бульвары, прежде чем стать пешеходными, приводятся в порядок, проводится капитальный ремонт домов, появляются лавочки, зелень. Мэрия хитро выпроваживает тех, кого не хотелось бы видеть около прогулочных улиц. Банки должны платить значительно большую аренду. Рестораны и магазинчики – наоборот получают скидки.

Более «пешеходной» становится и парадная улица Москвы – Тверская. На её широких тротуарах всегда толпились припаркованные машины и протиснуться рядом с ними, хотя бы с детской коляской, было очень трудно. С этого лета армада эвакуаторов молниеносно очищает тротуары.

Водители скандалят. Один из них вскочил в свою мазду, уже установленную на платформе, и просидел в ней почти сутки, пока работники не согласились освободить авто.

Однако мало кто проявляет такое упрямство, а в Москве что-то нужно сделать с машинами. Их так много, что на один автомобиль едва ли приходится 30 кв. м проезжей части. Как они, располагая прямоугольником десять на три метра, ещё и ездят – непонятно.

2

Велосипеды получат лето

Велосипеды здесь совсем не уважали. Когда два года назад я обзавелся собственным, то за сезон у меня было два серьезных столкновения и несколько мелких. Водители не соизволили меня заметить.

Велосипед бывает здесь подозрительным предметом. После, как здесь определяют в полицейских протоколах, «дорожно-транспортного происшествия», я отвез свой велосипед в мастерскую в подвале элегантного каменного дома. Все входы во дворик были наглухо закрыты. Пожилая дама объяснила мне, что входы надо закрывать, потому что «вертятся всякие подозрительные».

– Почему «подозрительные»? – спросил я.

– Потому что молодые и с велосипедами.

Однако летом этого года велосипеды взяли Москву. В центре появилось 150 пунктов проката с 2,5 тысячами солидных велосипедов. Достаточно зарегистрироваться в Интернете и карточкой оплатить абонемент. Годовой абонемент стоит 1,2 тыс. рублей (сейчас 70 злотых). 30 минут поездки – бесплатно. Пять лет назад велосипедных дорожек не было совсем. Сегодня же около 200 км, а в конце наступающего года должно быть более 330 км.

Я жду обещанную к весне трассу вокруг Бульварного Кольца – прекрасных старых улиц, окружающих Кремль. К лету трасса должна объединиться с дорожкой до Белорусского Дворца, рядом с которым я живу, после чего будет очень удобно добираться до Красного Дворца.

Проходная крепость

Центром Москвы должен быть Кремль. Ведь город построен по схеме планетарной системы. В средине, как Солнце, стоит окруженная кирпичной стеной старая царская крепость. Потом, как орбиты планет, располагаются Бульварное Кольцо, дальше Садовое, ещё дальше – Третье Транспортное, и уже по краю МКАД, т.е. последнее кольцо.

Однако Кремль нельзя считать сердцем столицы. Сакральная резиденция власти живет своей жизнью, которая соприкасается с жизнью города только тогда, когда по перекрытых для движения улицах мчится колонна автомобилей, окружающих лимузин Владимира Путина.

В Кремль нельзя так просто пойти на прогулку. Надо купить билет, пройти сквозь рамки металлоискателей. Однако в этом году и в кремлевской стене появилась щель. Разрешено, чтобы посетители, которые заходят в царскую резиденцию через предмостную Кутафью башню, выходили из Кремля не той же дорогой, а через Спасские ворота (которые под часами). Таким образом, Кремль стал проходным.

Это малость, но она обещает значительно большие изменения. Президентская администрация со временем переедет из царской крепости. Уже сейчас одна из резиденций расположена в закрытом для граждан районе при Старом Дворце. Кремль станет сердцем города, которое бьется в такт его жизни.

3

Европа завидует

Каждый глава города, начиная правление, обещает подданным «город-сад». А заканчивая, обычно говорят, что получился «город-ад».

Я жил рядом с Парком культуры и отдыха им. Максима Горького (известного по фильму «Парк Горького»).

Там разносился дым от пригоревших шашлыков, толпы пьяных похмелялись продававшимся везде пивом. Возбужденные алкоголем и эмоциями девицы визжали на привезенных с немецких помоек американских горках. Отдых сомнительный. Культуры – ноль. По особым праздникам, таким как День десантника или пограничника, здесь правили бал парни в малиновых или зеленых беретах и полосатых майках. Они ныряли в фонтаны, разбивали о свои головы бутылки от водки и высматривали, кому бы дать в морду.

Словом, в парках было уютно, как на минном поле, а за вход следовало солидно заплатить.

Я долго обходил Парк Горького дальней дорогой. Случайно попал сюда в конце лета 2012 года. И онемел. О, чудо! Совершенно невероятное.

Не вопят американские горки – они исчезли. Не воняет сгоревшим несвежим мясом, пива не продают. Зато можно арендовать велосипед и кататься по очищенным от хлама аллеям.

Публика тоже изменилась, нет пожирателей шашлыков и любителей пива. Когда позволяет погода, люди лежат на надувных матрасах на тщательно подстриженных газонах. Валяются с книжками, планшетами, потому что бесплатный wi-fi во всем парке работает отлично. На эстрадах играет музыка, и это не какое-то русское диско. Можно послушать лекции, научиться складывать оригами или выковать гвоздь. Это даже не Европа. Европа позавидует. Другие парки прошли похожие метаморфозы. Они образцово оформлены, безопасны, везде есть бесплатный Интернет. В течение всего лета все эти парки были сценой обозрения под названием Лучший Город Мира – более 70 фестивалей, конкурсов, выставок.

А в начале сентября прошли ошеломляющие Дни Москвы. Девятикилометровое Бульварное Кольцо превратилось в салон всевозможных искусств, книжных магазинов, галерей. За 3 дня здесь побывали 3 млн. людей.

Удар в кино

Неподалеку от меня есть мультиплекс на Красной Пресне. Репертуар меняется каждый четверг. Я прихожу регулярно в надежде, что покажут хороший российский фильм, хотя бы что-то из классики.

И ни фига! На всех экранах американский винегрет. Осенью сквозь эту голливудскую стену пробилась картина Никиты Михалкова «Солнечный удар», то есть не сама пробилась, а власть приказала, потому что это патриотичное кино, снятое патриотом. Только напрасно. Оно не стоит 30 злотых за билет (минимальная цена). Фильм стоил 21 млн. долларов, а принес 3 млн.

Сейчас владельцы кинотеатров дрожат, потому что залы переполнила публика, которая валит на «Хоббита». Уже за первый день проката в России он заработал столько же, сколько «Солнечный удар» за все свое существование на экране.

Надо признать, что американскому фильму помогла с продвижением Церковь. Элементом рекламы «Хоббита» в Москве должно было стать Око Саурона, грозно светящееся над городом с вершины одной из высоток. Однако высшее духовенство решило, что злое светило «добра столице не принесет». А значит «око» не взглянуло на Кремль, но скандал добавил фильму популярности.

Успех «Хоббита» приближает момент, когда власть будет навязывать кинотеатрам квоты, или прикажет на каждом четвертом или каждом третьем сеансе демонстрировать правильные патриотичные фильмы.

Кинотеатры не смогут заплатить дань амбициозными фильмами вроде «Левиафана», который претендует на Оскара, но не допущен на экраны. Министр культуры Владимир Мединский заявил, что государство уже не будет давать деньги на картины в стиле, как он выразился, «Рашка-говняшка» (Рашка – это презрительное название России), т.е. представляющие страну в плохом, по его мнению, свете.

Борется за жизнь и, наверное, проиграет популярный Театр.doc, известный спектаклями на острые актуальные темы, такие как трагедия в Беслане или история с Pussy Riot. Власть выгоняет группу из подвала дома в Трехпрудном переулке, потому что пожарным не нравится, что окно, как они сами же распорядились, было переделано в аварийный выход. Это только предлог, в действительности же речь идет о том, что Театр.doc представляет современную Россию в «плохом свете». Театр не сдается. За ним стоит верная публика, которой он нужен.

Быть может трудно заметить в военной сумятице, гуле антизападной ненависти, доносящемся от официальной России, что Москва на глазах становится всё более европейским городом. Но это того стоит. Потому что происходившее здесь за последний год, показывает, в каком городе хотели бы жить москвичи и как они радуются, если их желания сбываются.

Вацлав Радзивинович, Gazeta Wyborcza





Loading...



Залишити коментар