Венесуэла: Мадуро переизбран в ситуации массового игнорирования выборов.

0

Николас Мадуро переизбран президентом Венесуэлы 20 мая 2018 года. Но самое меньшее, что можно сказать о его победе, так это то, что это переизбрание стало плохим результатом для преемника Чавеса.

К этим президентским выборам были допущены 4 кандидата. Кроме Мадуро, в выборах принял участие Анри Фалькон, бывший чавист первого призыва (вместе с Чавесом он входил в Боливарианское революционное движение), который, порвав с чавизмом в 2010 году, в 2012 году создал Прогрессивный авангард – партию, входящую в одну коалицию с правыми. Трудно верить кандидату, который в своей программе взывает к помощи МВФ, заклятому врагу «боливарианской революции»…  Два других кандидатов мало известны на общенациональном уровне. Один из них – Хавьер Бертуччи, бывший евангелический пастор и предприниматель. Другой – Рейнальдо Кихада, представитель левого течения, вышедшего из чавизма.

Круглый стол демократических сил – MUD, объединяющий главные партии оппозиции, не смог участвовать в выборах вследствие решения Верховного суда от 25 января 2018 года. Его главный представитель, Энрике Каприлес Радонский, 7 апреля 2017 года был осужден на 15 лет запрета на политическую деятельность из-за своего предполагаемого участия в афере Одебрехта, обширной коррупционной сети, охватившей весь латиноамериканский континент и раскрытой в Бразилии в ходе разбирательства по другому делу –  о коррупции в нефтяной корпорации Петробраз.

Исходя из того, что лидеры оппозиции отстранены от возможности участия в выборах, MUD решил бойкотировать выборы. Только его часть, представленная Прогрессивным Авангардом, COPEI (исторической партией, созданной еще в 1946 году) и несколькими мелкими организациями, решила участвовать в выборах, выдвинув кандидатуру Анри Фалькона.

Плохой результат для Мадуро.

На выборах 2018 года Мадуро получил 6,2 млн голосов по сравнению с 7,6 млн в 2013 году. Фалкон получил 1,9 млн, Хавьер Бертуччи – почти миллион, а Рейнальд Кихада менее 40 тысяч. В выборах участвовало всего 46% избирателей, тогда как в 2013 году – почти 80%.

Этот результат плох для Мадуро по нескольким причинам.

Прежде всего, Мадуро получил голоса всего 28% зарегистрированных избирателей – худший результат для чавистов со времени первого избрания Чавеса в 1998 году.

Сторонники Чавеса пытались заставить избирателей, прежде всего госслужащих, участвовать в выборах, но получилось это у них плохо.

Для принуждения к участию в выборах были использованы т.н. Тетради родины. Созданные в 2017 году как разновидность социальной карты, они включают индивидуальные данные своего владельца, сведения о его доходах, получении социальных выплат и т.п. В день выборов перед каждым избирательным участком размещались чавистские «красные посты», требовавшие предъявления подобной карты от всех, кто хотел получить пакеты с продовольствием. Эти Тетради родины дают право получать помощь от CLAP (местных комитетов снабжения), распределяющих продовольствие среди населения, что представляет для жителей важное подспорье  в переживаемый сейчас Венесуэлой драматический период. Для венесуэльцев решение  не пойти голосовать влечет за собой риск попасть в черный список.

Но, несмотря на все давление, больше половины избирателей не пришли на выборы. Избиратели недовольны, что они должны выстаивать долгие часы в очередях, чтобы получить продовольствие в магазинах или лекарства в аптеках. Но низкий уровень участия в выборах выражает также разочарование большинства населения в предвыборных обещаниях, далеких от реальной жизни. Большинство народа не верит, что как правая оппозиция, так и чависты способны найти выход из кризиса.

Слабый результат Мадуро связан также с проблемами в его собственном лагере. Уже несколько лет после смерти Чавеса Мадуро пытается создать свое собственное движение, дистанцирующееся от тех, кто сохраняет верность прежде всего покойному Чавесу. На выборах председателя Национального Учредительного Собрания в 2017 году Мадуро поддерживал Дельси Родригеса против чависта Диосдальдо Кабельо. В январе 2018 года Мадуро попытался реорганизовать созданное верными ему людьми движение «Мы – Венесуэла» в политическую партию. Но попытки Мадуро обрести автономию от партии Чавеса, Объединенной социалистической партии Венесуэлы, над которой у него нет контроля, оказались под угрозой из-за низкого результата, полученного им на выборах.

Хотя западные СМИ изображают Мадуро  авторитарным Сатаной, на самом деле он склонен к поискам компромисса с оппозицией, тогда как чавист Диосдальдо Кабельо отстаивает жесткую линию.  Вечером после выборов Мадуро призвал других участвовавших в выборах кандидатов и не допущенных к выборам лидеров оппозиции провести общенациональный диалог. Однако  на следующее утро этот призыв он повторил лишь в отношении участвовавших в выборах кандидатов. Но положительного ответа он не получил даже от них. Фалькон заявил, что не признает результата выборов и требует пересмотра голосов.

Почему так мал интерес к выборам?

С 2014 года Венесуэла переживает тяжелый экономический кризис, чьи корни уходят в модель роста, созданную чавистским режимом. Эта модель была основана исключительно на экспорте энергоносителей, доходы от которого позволяли финансировать социальные программы. С падением цен на нефть на мировом рынке модель начала рушиться. Кризис был усугублен общей слабостью венесуэльской экономики. Доходы от экспорта нефти не были использованы для модернизации промышленности и сельского хозяйства, большинство товаров продолжает импортироваться. Доходы от экспорта нефти шли и идут не только на социальные программы, но и содействуют коррупции чиновников.

Для выхода из кризиса правительство смогло предложить лишь все больший и больший экспорт нефти, не обращая внимания ни на права местного населения, ни на интересы наемных работников нефтяной отрасли, ни на сохранение окружающей среды. Недавно  правительство приняло под давлением «неолиберального лобби» (как сказал писатель-чавист Луис Бритто Гарсиа) закон о защите иностранных инвестиций, вопреки конституции позволяющий создавать свободные экономические зоны.

Денежная система Венесуэлы, привязывающая боливар к разным иностранным валютам, привела к всплеску валютных спекуляций. Это позволило как старой буржуазии, так и вышедшей из недр чавистского чиновничества «боливарианской буржуазии» в мгновение ока создавать колоссальные состояния, особенно в тех отраслях, где  преобладает частный сектор (а преобладает он, например, в банковском деле).

За несколько лет Венесуэла погрузилась с глубокий кризис. Социальные завоевания первых лет чавизма аннулированы дефицитом продовольствия и лекарств, а также неспособностью государства выполнять социальные программы.

Инфляция достигает тысяч процентов – и зарплаты не могут за ней угнаться. При этом правые тоже неспособны привлечь избирателей. Правые предлагают жесткую экономию, «помощь» МВФ и отмену социальных программ. Все это не вызывает энтузиазма у народа, помнящего, что подобные меры уже проводились в 1980-1990-е годы и вызвали массовую нищету.

Народ не доверяет правым. Но не доверяет он уже и чавистам. Правительство объясняет кризис исключительно происками американского империализма. Но венесуэльцы не дураки. Они видят, что и руководство госпредприятий, и высшее офицерство превратились в новую буржуазию, которая обогащается за счет разорения страны.

Вся эта мрачная ситуация объясняет, почему размывается социальная база режима, почему столь малое количество венесуэльцев пришло на выборы и проголосовало за Мадуро.

Патрик Гийодо

Источник




Loading...



Залишити коментар