Южный друг России: Реджеп Тайип Эрдоган и новый курс Турции

1

erdogan

Западная пресса за декабрь разразилась большим количеством материалов на тему дружбы Путина и Эрдогана. Историческая встреча которых, состоявшаяся 1 декабря, сильно перетасовала политические карты в Европе и на Ближнем Востоке. Напомню, Путин тогда заявил, что Россия не будет продолжать строительство «Южного потока» из-за отсутствия Разрешения Болгарии и позиции ЕС, вместо этого Россия начнёт строительство нового газопровода через Чёрное море, который будет направлен в Турцию. Эта новость была с тревогой встречена в Европе. Уже 8 декабря в Анкару был отправлен еврокомиссарский десант, который привёз с собой обещания ускорения евроинтеграции для Турции и 70 млн. евро для помощи сирийским беженцам, оказавшимся на территории этой страны. 9 декабря для разговора о противодействии ИГИЛ прибыл британский премьер Дэвид Кэмерон. Разворот Эрдогана в сторону России не был бы таким неожиданным для европейцев, если бы они смогли раньше для себя отметить не только схожесть характеров и политической биографии Путина и Эрдогана, но и глубокие сходства между самими Россией и Турцией.

Когда вы первый раз прилетаете в Турцию, вас может удивить большое количество изображений Ататюрка. Русские туристы даже в шутку называют его «турецким Лениным». Мустафа Кемаль, кстати, не только стал архитектором новой вестернизированной Турции, но и наладил отношения с Советской Россией. В 1920 году Ататюрк обратился к стране Советов с просьбой об установлении дипотношений и сотрудничестве, письмо это ни много, ни мало, гласило следующее: «мы принимаем на себя обязательство соединить всю нашу работу и все наши военные операции с российскими большевиками, имеющими целью борьбу с империалистическими правительствами и освобождение всех угнетенных» [1]. Такие заявления, впрочем, не помешали Ататюрку жёстко подавить коммунистическое движение в своей стране. Ататюрк также как и большевики начал стремительную модернизацию отсталой аграрной страны. Ататюрк также как и большевики отстоял независимость и единство своей страны. Именно в периферийном положении относительно Европы при наличии собственных имперских амбиций проявляется сходство двух стран, которые стремились если уж не догнать Запад, то хотя бы не сильно от него отстать и быть к нему поближе, но при этом не жертвуя своими, как принято говорить, национальными интересами.

Опыт интеграции в мировое сообщество оказался для Турции гораздо более удачным. Турция уже в 1963 году получила статус ассоциированного члена Европейского экономического сообщества (ЕЭС). Но ближе к концу века для неё начались проблемы. В 1989 году Турции было отказано в членстве в ЕЭС. Только в 2004 году снова начались официальные переговоры о вступлении Турции в Европейский Союз (ЕС). Это при том, что в ЕС в том же году вступило десять новых стран, включая бывшие советские республики. Говорят, что турецкие генералы шутили на этот счёт, мол надо было вступать в ОВД, а не в НАТО, тогда бы и нас сейчас приняли бы. Как признают сами турки, процесс евроинтеграции интересен для них не конечной целью, которая, как уже почти все понимают, неосуществима, а возможностью провести реформы для улучшения самой Турции по проверенным временем стандартам. Пять лет назад такие крупнейшие политические деятели Европы как Саркози и Меркель уже выступали против членства Турции в ЕС. «Наша общая позиция такова: Турция должна получить статус привилегированного партнера ЕС, но не войти в него» – сказала Меркель на встрече с Саркози в Берлине в 2009 году [2]. С тех пор канцлер Германии своей точки зрения по факту не поменяла. «В обозримом будущем Турция не получит членство в Евросоюзе. Точка. Евросоюз обещал да обещал, но на самом деле и не думал о принятии Турции в свои ряды. Европейцы твердили об открытых дверях, при этом требуя целого ряда важных уступок, в частности, оптимизации законодательства под европейские стандарты, вели переговоры с Анкарой, так как это позволяло подталкивать турок к определённым смещениям в отношениях с ЕС» – говорит немецкий политолог Александр Рар [3]. Старым странам Европы будет тяжело поделиться политической властью с таким бурно развивающимся государством как Турция. Её экономика растёт 8-процентными темпами, а по населению она сравнима с Германией, и амбиции у неё не маленькие. Далеко не факт, что сам Европейский Союз, который начинает трещать по швам, уже представляет интерес для Турции. Вряд ли у последней есть желание стать страной-донором для стагнирующих европейских экономик.

Отношения между ЕС и Турцией осложняются также политическими противоречиями, связанными с ситуацией вокруг Кипра, Турецкого Курдистана, нарушениями прав человека, отношением к геноциду армян, ростом исламизации общества.

Крепкий, по выражению Путина, «мужик» Эрдоган не может быть доволен складывающейся ситуацией в отношениях с Евросоюзом. Он готов на решительные шаги для того чтобы сделать Европу более сговорчивой и одновременно выиграть от сотрудничества с Россией. Строительство нового газопровода позволит Турции быть не только транзитной страной, но и собственником закупаемого газа, который в последствии может быть перепродан в Европу с большей прибылью. Однако, растут и риски. Доля России в импорте газа Турцией уже составляет 57 процентов, это число при увеличении поставок может вырасти до 70. Стоит отметить, что многие эксперты вообще сомневаются в реализуемости «Турецкого потока». Как пишет портал Финанз: «Это больше похоже на шоу», – сказал в телефонном интервью Недждет Памир, специалист по энергетическим вопросам в Билькентском университете в Анкаре. Нереально построить огромную систему газоснабжения для поставок из России в Турцию, а затем на европейские рынки, добавил он. Все то, что мешало реализации «Южного потока», который должен был пройти по дну Черного моря в Болгарию, скорее всего, помешает и новому проекту газопровода в Турцию. Стагнирующий спрос на газ в Европе делает его невыгодным, а конфликт с Россией из-за ситуации на Украине заставляет европейские страны искать новые источники импорта газа» [4].

Ещё одно сходство Турции с Россией: она поддерживает непризнанную мировым сообществом республику Северного Кипра с турецким населением. Забавный факт, кроме Турции Северный Кипр частично признала только… Абхазия. События, при которых северная часть Кипра перешла под контроль Турции, тоже весьма интересны. В 1974 году при поддержке греческого «режима полковников» к власти на Кипре попытались прийти греческие националисты, выступающие за объединение Кипра и Греции. В ответ на это Турция высадила на Кипр войска и в ходе военных действий, в которых погибло около тысячи человек, оккупировала часть его территории. Свою первую иностранную поездку Эрдоган совершил именно в Турецкую Республику Северного Кипра, существующую на этих оккупированных территориях. Турция в свою очередь до сих пор не признаёт Республику Кипр (Южный Кипр) и обвиняет греков в нежелании искать обоюдовыгодный выход из сложившегося положения.

Ещё один острый момент — это положение курдов в Турции. Курды являются самым крупным разделенным народом в мире. Их численность на территории Турции составляет по разным оценкам от 13 до 20 млн. человек. С начала XX века курды борются за независимость и создание собственной государственности, в ответ они получают жестокие репрессии, некоторые западные исследователи говорят даже о «геноциде курдов». Так после Дерсимского восстания в 1938 году было убито по разным подсчётам от 13 до 80 тысяч курдов [5]. С 1984 года Рабочая партия Курдистана ведёт вооружённую борьбу против турецкого государства, которая периодически прекращается во время перемирий (последнее официально длится с 2009 года). Желание курдов обрести независимость вполне объяснимо проводящейся властями политикой ассимиляции и насилия. В Турции вместо самого слова «курд» используется понятие «горный турок», образование на курдском языке получить невозможно, сам язык де-факто практически запрещён. Весь прошлый век проводилась политика переселения курдов в другие регионы страны для уничтожения их идентичности. Курды проживающие в регионах активности РПК подвергаются насилию, выселению, в том числе практикуется уничтожение деревень [6]. Проводимая Турцией политика во многом напоминает действия России на Северном Кавказе. Совет Европы не раз подвергал Турцию критике за нарушение прав курдов, но Турция остаётся непреклонной в своих действиях.

На самом деле за XX век в Турции так и не выработалась система самоподдерживающейся демократии, защиту всех гражданских институтов и секулярности обеспечивает армия, которая неоднократно вторгалась в ход политического процесса, дабы не дать обществу скатиться в шариат. Военные перевороты происходили в 1960, 1971, 1980 и 1997 годах. Последний переворот называется «постмодернистским» за своё отличие от других, военные не стали брать власть, а просто склонили правительство уйти, вроде как добровольно. Во главе правительства тогда стоял основатель политического ислама и наставник нынешнего президента Турции – Неджметтин Эрбакан. Свой уход он прокомментировал следующим образом: «В 1997 году правительство Партии благоденствия ушло в отставку благодаря плану сионистов, то есть США и Израиля, давления которых не выдержали 50 трусливых депутатов от правящей партии» [7]. Эрбакану после военного переворота 1980 года было вообще запрещено заниматься политической деятельностью, но в 1987 году этот запрет был снят. Также он стоял у истоков созданной в 1983 году консервативной происламской партии Благоденствия. В 1998 году партия была запрещена как нарушающая конституционный принцип разделения церкви и государства.

Именно с этой партии начал свою политическую карьеру Эрдоган, который после военного переворота 1980 года уже доказал свою верность идеалам ислама, отказавшись сбрить усы на работе, за что и был уволен. В 1984 году он стал председателем отделения партии Благоденствия в своём родном районе Стамбула, где мальчишкой подрабатывал, продавая пирожки в опасных кварталах. Его карьера быстра шла в гору и через десять лет он уже становится мэром Стамбула. В 2001 году он основывает собственную Партию справедливости и развития. В 2003 году становится премьер-министром Турции, а в августе 2014 года — президентом.

Надо признать, что за годы правления Эрдогана, несмотря на рост исламизации общества, были достигнуты лучшие экономические показатели за последние 50 лет. Праволиберальный журнал The Economist очень радовался таким результатам и не видел ничего плохого в нарастающей исламизации общества, призывая турок снова отдать голоса на выборах за Партию справедливости и развития [8].

В политической сфере всё, однако, не выглядит так безоблачно. В 2011 году в Турции произошли беспрецедентные по своим масштабам преследования военных по обвинению в организации антиправительственного переворота. Было арестовано 102 военнослужащих, из них 52 генерала! Некоторым были предъявлены обвинения в организации переворота ещё 1997 года. Неизвестно, готовился ли переворот на самом деле, в любом случае, это показывает, что чаша весов склонилась впервые за последние 50 лет от кемалистов к происламским силам. Военные, как сила, которая периодически меняла правила игры на политической арене для поддержания секулярного государства, потерпели мощное поражение.

Турция также занимает пятое место по количеству жалоб в Европейский суд по правам человека. Не смотря на всю вестернизацию, Amnesty International сообщает, что: «не менее трети, а, вероятнее всего, до пятидесяти процентов всех женщин в стране подвергаются физическому насилию в своих семьях. Женщин бьют, насилуют, иногда убивают или доводят до самоубийства. Молодые девушки подвергаются жестокому обращению, их силой заставляют вступать в брак» [9]. Часты случаи полицейского насилия, а также насилия в тюрьмах.

В 2013 году в Турции прошли массовые волнения с участием миллионов людей по всей стране, начавшиеся как протест против вырубки деревьев в парке Гези (Стамбул), но ставшие символом сопротивления авторитарному исламистскому правительству. Впрочем, выборы 2014 года на которых президентом стал Эрдоган показали, что социал-демократическая оппозиция всё ещё слаба и не может предложить конструктивной программы, за которой последовали бы избиратели. Более того, помимо Партии справедливости существуют ещё множество других партий, занимающих даже ещё более правые позиции (например, Партия Националистического Движения).

Также в декабре уходящего года турецкая полиция совершила крупные аресты журналистов, что вызвало критику в ЕС, озвученную теми же лицами, что посетили Турцию совсем недавно. Как сообщает Интерфакс, по словам еврокомиссаров: «такие действия несовместимы со свободой прессы, которая является основным принципом демократии» [10]. Эрдоган ответил на такую критику вполне «по-мужицки»: «сначала объясните, что происходит в Европе – рост расизма, исламофобии и дискриминации… Турция сама может давать уроки демократии…» [11]. Видимо, переговорный процесс с ЕС сложился не очень хорошо.

С Россией динамика отношений положительная, Турция уже сейчас является для России одним из главных после Евросоюза и Китая торговым партнёром, а к 2020 году страны планируют увеличить товарооборот в целых три раза! Не помешал этому даже конфликт в Крыму, который Турция всегда считала сферой своих интересов.

Вообще, в 2011 году Украина получила статус стратегического партнёра Турции. А в ноябре этого года в Анкаре прошла совместная конференция Турции и Украины «Региональная безопасность и сотрудничество: Перспективы в Черном море после последних событий на Украине». Не так давно также глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу сказал: «Турция, работая в ООН, ОБСЕ и в рамках НАТО, поддерживает территориальную целостность Украины и осуждает аннексию Крыма» [12]. Однако все эти заявления никак не повлияли на практическую политику Турции в отношении России. Напомним также, что Турция так и не присоединились к санкциям в отношении этой страны. Если учесть, что ни для кого не секрет, что в Крыму активно работали турецкие спецслужбы и религиозные организации, которые могли бы серьёзно «раскачать лодку» на полуострове, то приходится признать, что России удалось хорошо поработать со своим южным другом, чтобы заполучить его расположение. «В турецкой политике относительно России есть и субъективный, и объективный фактор. Субъективный фактор проявляется в том, что стили правления Путина и Эрдогана очень похожи, они достаточно часто координируют между собой определенные вопросы и плодотворно общаются на межличностном уровне. Но я не думаю, что если бы власть в Турции поменялась, это кардинальным образом повлияло бы на межгосударственные отношения. Все политические силы Турции стремятся сохранить хорошие отношения с Россией – это и есть объективный фактор» – говорит специалист по Турции Марина Воротнюк [13].

Остаётся только констатировать, что эпоха либеральных демократий, ориентированных на процесс глобализации, подходит к концу. На смену ему приходит система региональных сверхдержав, политическая система которых авторитарна, а идеология пронизана религией. Путинская Россия и Турция Эрдогана дают печальный пример таких государств, совмещающих неолиберальную, на данный момент, экономическую политику и политический консерватизм.

Примечания:

1. http://www.turkey.mid.ru/20-30gg.html

2. http://top.rbc.ru/politics/11/05/2009/301573.shtml

3. http://www.newsbalt.ru/detail/?ID=11365

4. http://ria.ru/politics/20141218/1038976099.html

5. http://www.let.uu.nl/~martin.vanbruinessen/personal/publications/Bruinessen_Genocide_in_Kurdistan.pdf

6. http://www.hrw.org/reports/2005/turkey0305/index.htm

7. http://www.1news.az/authors/130/20120625051300434.html

8. http://www.emmabonino.it/press/world/5039

9. http://amnesty.org.ru/node/2597/

10. http://www.interfax.ru/world/412926

11. http://itar-tass.com/mezhdunarodnaya-panorama/1654265

12. http://www.pravda.ru/world/asia/middleeast/13-11-2014/1235233-turkay-0/

13. http://news.liga.net/interview/politics/2921803-svoy_interes_pochemu_turtsiya_ne_podderzhit_sanktsii_protiv_rossii.htm

Тарас Горобец, для «Страйка»





Loading...



1 коментар

  1. Illyichevst on

    Кто ездит мимо паромной переправы в Ильичевске, сразу может догадаться о причинах нежной дружбы России и Турции. Сотни турецких фур везут продовольствие в Россию. Причем это началось сразу же после ввода путинских “антисанкций”. Вот так. Европейцам глубже думать нужно, и ездить договариваться до того, а не после.

Залишити коментар