Пенсия как национальная идея - Перший Соціальний

Пенсия как национальная идея

4

«Доживем до пенсии!» – эта идея витает, хотя и не особо афишируется, над огромными пространствами Америки, Европы и Азии. Не мечтает о пенсии лишь три миллиарда людей в Индии, Китае и Африке, так как там ее выплачивают преимущественно только госслужащим. «Доживем до пенсии» – стало смыслом жизни многих людей и идеей фикс европейской цивилизации.

В Украине кредо «Пенсия – всё, а жизнь до пенсии – ничто», – тоже более чем реальная национальная идея, особенно для тех, кому свыше 40 лет, несмотря на все поиски других национальных идей. Из-за нее миллионы украинцев смиренно терпят хамство начальства и послушно ходят на митинги в поддержку власти и ее реформ, притом, что эти реформы не поддерживают, а на выборах голосую не за власть. Причина – боязнь потерять работу, а с ней и долгожданную пенсию от государства. Эту боязнь испытывает и само начальство, вплоть до президентов, несмотря на то, что оно имеет бизнесы и солидные счета в банках, и может безбедно жить и без пенсии.

Тем не менее, оно устанавливает для министров и других администраторов пенсии, многократно превышающие прожиточный минимум, введенный ими для всех остальных. Но и этого начальству казалось недостаточно, и в президентство Леонида Кучмы оно массово становилось «проффесорами», чтобы получить более высокую научную пенсию как страховку на тот случай, если из начальников выгонят, а бизнес отберут, или он сам рассыплется. «Небожители» боятся бедности и старости так же, как и обычные смертные, и даже еще больше, хотя и самовлюбленно называют себя лучшими людьми.

Психологическую установку многих, что жизнь начинается только после пенсии нельзя назвать иначе как уродливой гримасой цивилизации. Даже глядя на бодрых пенсионеров из США, Японии и Европы, еще недавно толпами колесивших по миру с фотоаппаратами, и для которых мировой кинематограф снимал фильмы в жанре «Старики-разбойники», где главным героем невероятных приключений был пенсионер. Но реальность разительно отличается от кинематографа, и немалая часть людей, выйдя на пенсию, оказывается в положении исключенных из социума и вычеркнутых из жизни.

Причина – многие привыкли мыслить себя как часть и продолжение станка, прилавка или другого рабочего стола. Вне его, этой привычной, пусть и далеко не всегда любимой работы, жизнь для них теряет смысл, даже если пенсия вместе с накопленным за годы имуществом и обеспечивает вполне пристойное существование. Наиболее часто в такой ситуации оказываются научные и руководящие работники, инженеры и учителя, но автору довелось наблюдать это в советское время и среди заводских рабочих-станочников, просивших начальство разрешить им зимой (когда на даче делать нечего) работать на привычном месте даже за символичную оплату.

Для некоторых, особенно трудоголиков, образ которых исподволь всегда навязывался официальной пропагандой, уход на пенсию становится трагедией и иногда оканчивается самоубийством, на что в Европе обратили внимание в 1980-ых годах. Как результат в Украине в 1990-ые при содействии Евросоюза был начат проект «Университет третьего поколения», реализованный в основном лишь в Киеве. Суть его, – избавить пенсионеров от одиночества и ощущения, что они теперь всего лишь посторонние наблюдатели за жизнью, вдобавок, еще более пассивные, чем западные пенсионеры, мечущиеся по миру с фотоаппаратами, спасаясь тем от бессмысленности своего существования. Достичь цели проекта «Университет третьего поколения» предполагалось посредством организации местных экскурсий, лекций, кружков творчества и здоровья, клубов по интересам и т.п. Проект дал положительные результаты, но кризис привел к прекращению его поддержки Европой, а реалии Украины таковы, что часть пенсионеров вынуждена работать отнюдь не из любви к профессии или искусству.

В результате после 50-70 лет существования в Европе и Америке массовой пенсионной системы цивилизация пришла к странной ситуации, когда для одних жизнь начинается лишь после пенсии, для других выход на пенсию смерти подобен, а государства бьются над проблемой, как платить пенсии при уменьшении числа работающих. Стремясь решить эти и смежные проблемы, политики не придумали ничего умней, как поднять пенсионный возраст, что фактически является скрытой и растянутой во времени отменой пенсий.

Растянутой во времени потому, что политики и партии Европы и СНГ, как правые, так и левые, просто не решились сделать это за «одну ночь», как сделал Туркменбаши, так же известный как «товарищ Ниязов». Правда, и Туркменбаши, уверенный, что протестов не будет, тоже проводил реформу поэтапно. В 2002 г. он отменил пенсии для работников сельского хозяйства, а в 2006 г. еще для 100 тыс. жителей Туркмении, и для 200 тыс. человек их сильно сократил. С части стариков он предписал даже взыскать пенсии за два года, заявив, что государство им переплатило. Пенсии остались лишь у госслужащих. В 2006 г. протестов в Туркмении не случилось, но немало стариков умерло от сердечных приступов и самоубийства. Сам Туркменбаши скончался спустя 10 месяцев после этого своего указа, и тоже от сердечного приступа, – во всяком случае, по официальной версии. Сменивший его на посту президента Туркмении, министр здравоохранения Гурбангулы Бердымухаммедов, «реформу» отменил и установил пенсии эквивалентные 50 долларам США даже для тех, у кого не было никакого трудового стажа.

На днях президент-социалист Франсуа Олланд отменил повышение пенсионного возраста во Франции с 60 до 62 лет, введенное Николя Саркози в 2010 г., несмотря на стотысячные манифестации и забастовки. Собственно «реформа» Саркози была во многом «бумажной», – в действие она вступала лишь в 2017 году. Но остальная Европа, имея установку евробюрократии на повышение пенсионного возраста до 70 лет, не спешит следовать примеру Франции. Это позволяет видеть в отмене реформы лишь вынужденный тактический ход социалистов, на которых давят «новые левые» Жан-Люка Моланшона, грозящие новым штурмом Бастилии и установлением Шестой республики, а не смену пенсионной стратегии всего руководства ЕС.

Отмена пенсионной реформы во Франции косвенно отразилась и на Украине. В мае-июне появилось несколько публикаций и выступлений политиков, как от оппозиции, так и от правящей партии, где утверждалось, что начатое в 2011 г. повышение пенсионного возраста для женщин с 55 до 60 лет не дало ожидавшихся результатов. Также в конце мая  Национальный институт стратегических исследований при Президенте Украины обнародовал аналитический доклад «Пенсионный возраст: иностранный опыт и отечественные реалии», где рекомендует продолжить повышение пенсионного возраста, доведя его к 2025 г. до 64 лет для обеих полов, а в 2035 г. до 68 лет, – стандарту, заданному Евросоюзом. Судя по этим очень далеким датам завершения реформы, и ее вялой критике с обеих сторон, украинские политики в целом сейчас сами не уверены, надо продолжать эту реформу или нет. Причин несколько.

Украинская причина – повышение возраста для женщин вынуждает правительство обеспечить их работой, что ему и так не удается, и не только в отношении женщин. С другой стороны это положение реально касается лишь бюджетных организаций, так как в частном секторе есть масса способов избавиться от лиц предпенсионного возраста, не вступая в конфликт с Уголовным кодексом. Собственно, частный сектор надежно от них загородился объявлениями типа «Фирма примет на работу специалиста не старше 40 лет».

Но так как государство все активней уходит из производства, стремясь приватизировать даже образование со здравоохранением, то повышая пенсионный возраст, оно загоняет себя в двоякую ловушку.

С одной стороны очень ограничивается возможность ротации госслужащих, которые будучи обречены сидеть в своих кабинетах почти до смерти, жестко вцепятся в столы и без боя их не отдадут, так как отступать им некуда, – 50-летних чиновников, экспертов и многих научных сотрудников на вольном рынке труда не ждут даже в качестве сторожей. Это касается и сферы здравоохранения с образованием, а также коммунальных служащих. Так что воевать за свои рабочие места эти люди будут энергично и всеми доступными методами.

С другой стороны, приватизируя производства, государство уверенно идет к своему банкротству, чему свидетельством его вечно дефицитный бюджет. Это означает, что выплачивать пенсии в перспективе можно будет лишь из налогов, взятых с частного бизнеса, но олигархи не горят желанием делиться «заработанным» с пенсионерами, да вообще с кем-либо. Наполнение Пенсионного фонда давняя проблема, которая все время обостряется, чему подтверждением участившиеся «кидания» им даже бюджетников. Вопрос окончательного банкротства Пенсионного фонда при сохранении такой ситуации – это лишь вопрос времени и не столь далекого. Повышение пенсионного возраста – средство его отсрочить, но средство малоэффективное в украинских условиях, так как возраст планируют поднимать медленнее, чем идет сокращение доходов государства. К тому же, в расходах государства выплата пенсий далеко не самая приоритетная статья, и ею могут пожертвовать ради других расходов, что уже бывало, и тогда появится не только задолженность государства по зарплатам, но и по пенсиям.

Реформаторы и сами осознают, что движутся к ситуации, когда убывающих госдоходов не хватит ни для уплаты пенсий, ни для выплаты премий за выслугу лет госслужащим, ни на многое другое. Реформаторы надеются выйти из нее по-европейски, переложив сбор средств на пенсии на самих работающих и фирмы, аккумулируя их в частных пенсионных фондах. Вроде бы убедительно, но если посмотреть на 1-3% годовых, взимаемых банками Европы за предоставление кредита, то станет очевидно, что при таких «дешевых деньгах» частные пенсионные фонды по определению не смогут в перспективе выполнить свои обязательства, так как инвестиции не приносят прибылей. Пенсионные фонды могут делать рискованные инвестиции, соблазнившись высокими дивидендами, вроде тех, что обещали и поначалу платили исландские банки, но такая «лафа» для пенсионных фондов Великобритании и Нидерландов закончилась быстро и печально. Если добавить еще и инфляцию, которая «естественным» способом «ест» деньги пенсионных фондов, как частных, так и государственных, то пенсионные отчисления, внесенные сейчас, через 20-30 лет станут жалкими грошами.

Подозреваю, что реформаторы этот момент учитывают, но хранят спокойствие, так как знают, что любая финансовая пирамида рассыпается не в день ее основания, а несколько позже. Отсюда и вторая причина растянутости во времени повышения пенсионного возраста. Пока нынешняя «солидарная» система пенсий с гарантиями от государства не будет основательно заменена системой «накопительных» пенсий, эта пирамида еще сможет балансировать, беря у одних и отдавая другим. Крах случится, когда придет время массовых выплат по «накопительным» пенсиям, и в сравнении с ним банкротство банка «Леман Бразерс», с которого в 2008 г. формально и начался кризис, покажется невинной шуткой.

Но есть и еще одно интересное следствие пенсионной реформы. Неуклонно поднимая пенсионный возраст и делая его почти недосягаемым, государства убивают пенсию как национальную идею, а вместе с ней и лояльность к себе даже у самой покорной части населения. Повышение пенсионного возраста и система «накопительных пенсий» де-факто обрекает одних на пожизненный труд, но не препятствует «состоятельным кротам» отходить от дел, в том числе и государственных, когда им это заблагорассудится. Цифры на счетах «кротов» и размеры их активов с пассивами, обеспечивают им эту возможность без привязки к возрасту, как впрочем, и беззаботную молодость.

Лишая население гарантированных пенсий, выдаваемых в приемлемые для людей сроки, государства тем самым отбирают у них «морковку», за которой отчасти имеет смысл бежать, слушаться и работать. Но тем самым государства теряют целесообразность и законность своего существования в глазах большинства населения. Проводя такие пенсионные реформы, государства де-факто организуют свои похороны как социально-полезного общественного института. Последствия этого уже начинают сказываться не только в росте протестных настроений, и опасаясь их, Франсу Олланд не случайно дал «задний ход» реформе.

Последствия могут быть занятными и совсем неожиданными, и очень неприятными для реформаторов и «состоятельных кротов», если они, конечно, не найдут заменитель этой «морковки». Но таким может стать лишь эликсир бессмертия и вечной молодости в одном флаконе, отпускаемый «передовикам производства» строго по рецепту. Но его нет ни в государственных, ни в коммерческих аптеках, нет даже для президентов и миллиардеров, к тому же и этот эликсир обладает побочными свойствами и противопоказаниями.

Сергей Климовский, СтрайкUA




Loading...



4 Comments

  1. Елена on

    Предлагаю платить пенсию только тем, у кого нет другого источника дохода. А у кого бизнес имеется (жены, сестры, братья и т.д. олигархов, бизнесменов, на кого обычно оформлен бизнес), тому пенсию не оформлять, вот и вся пенсионная реформа. Представляете, сколько средств освободится? И пенсию достойную можно платить людям.

  2. Татьяна on

    Повышая постоянно пенсионный возраст, эти вылупки практически лишают украинцев возможности дожить до этой самой пенсии!!! И есть ли резон напрягаться и работать на мизерную зарплату, если пенсия и так будет мизерная!

  3. свет on

    Придурки. Неужели не понимают, что человек, котррый всю жизнь проработал физически, не сможет работать до 64 лет. Болячки в таком возрасте не дадут работать (больше потратится на больничные. А для определения возраста выхода на пенсию надо обязательно градировать. Для служщих, кто всю жизнь просидел за столом (лет 20 стажа служащего)и особо-то не испахался в-60 лет. А для тех кто работал физически, т.е организм уже изношен -55 лет. Без такой градации – просто геноцид рабочих.

Залишити коментар